Человек огромного роста, лежал в тени дерева, а теплый ветерок  шевелил его светлые волосы. Человек спал. Чуть в сторонке стояли  видавшие виды армейские ботинки.

 -Пусть поспит человек,  однако! Да и у меня  подошва горит! - устало подумал Левый ботинок.

-Замечательный  нынче день, ты, не находишь? – спросил у него Правый ботинок.

- День, как день! Ничего хорошего. Подошва горит, шнурок на ладан дышит!-  ответил Левый.

- Дружище, ты,  не прав! Смотри, какое синее небо, а солнце ярко светит. Трава  бархатная! – восторженно заявил Правый.

- Тебе бы, браток, лаковой туфлей родиться! – хмыкнул Левый ботинок.- Все никак не угомонишься, все в облаках витаешь. Ботинок ты, иль не ботинок? Жестче надо быть, раз армейским уродился.

- Не учите меня жить! В армии тоже есть интеллигентные ботинки, например у высшего состава! Они такие мягкие, такие чистенькие, такие аристократичные…

-Кто? Высший состав или ботинки? – хмыкнул Левый ботинок.

- Я про ботинки… И не перебивайте меня, это же моветон!

- Фу.. ты .. ну ты… ботинки гнуты…может еще и чулочки фильдеперсовые   уважаете?

- Смейся, паяц…! - устало вдохнул Правый ботинок и продолжил.- Ну, почему я должен все время быть с тобой рядом, так сказать в одной связке… Когда же я избавлюсь от тебя и вздохну свободно. Ведь мы такие разные с тобой. Словно из разных миров. Когда,  наконец, ты перестанешь болеть левизной и избавишься от банального  невежества? А?  

- Ладно, не ворчи.  Я   так тебе скажу, помнишь, как в песне поется: «Нам не жить ..друг без друга-аа-а!» Поэтому тему закрыли. Сам сказал, что мы в одной связке. А это, старик, дорогого стоит. Ведь если меня не будет, то  ты не будешь особо нужен, от тебя избавятся, как от ненужной вещи. Мы дополняем друг друга, Правый!

- И все же… почему мы такие разные? Ну, пусть кожа у нас немного разная… у меня помягче, у тебя пожестче. Но мы же ботинки! Мы же с одной  фабрики, так сказать одной крови! – задумчиво произнес Правый ботинок.

- Потому, что разные мастера нас шили, а третий мастер шнурки  вдевал и вместе нас связал. Так вот, я у тебя спрашиваю: « К шнуркам претензии есть?!» Видишь, как нас крепко связали - пробуя сдержать смех,  сказал Левый ботинок.

-А если серьезно?!

- А если серьезно, мил ботинок… просто ноги у нашего хозяина разные. Левая нога у него травмирована, он ходит тяжело, прихрамывая, вот мне и достается  больше твоего. Ведь, у меня даже каблук скошен больше твоего. Так что, будем жить и радовать хозяина.  Ну что, мир, дружба, черный крем?

- Боженька, дай мне терпения, выдержать  этот мир и эту дружбу, – взмолился Правый ботинок, блеснув  металлическими  заклепками.

Левый ботинок добродушно хмыкнул, распустил шнурки, раскачался и опрокинулся на левый бок, позволив лучам солнца проскользнуть вовнутрь себя.

- Правый, давай падай на землю и загорай. Хозяин спит, и мы отдыхаем.

- Загорать не хочу, смотри какое небо пронзительно синее, а солнце ослепительно яркое.

В этот момент мимо них пролетело существо, очень яркое и нарядное. Это существо можно было принять за золотую пчелку. Оно летало, и крутило фуэте в воздухе с блаженной улыбкой и приговаривало: «Солнышко, привет! Позолоти мне брюшко! Небо, в рюшечках из облаков, привет!» Симпатичное существо жужжало, журчало и напевало: «Как прекрасен этот мир, посмотрии-и…»

- О, ромашка! Привет! Разреши мне у тебя росы напиться!  Не бойся, я не сделаю тебе больно!»

Вдруг увидев на земле непонятные предметы, существо плавно затормозило, решив рассмотреть их поближе, и  с жужжанием зависло в воздухе  прямо над ботинками. Ботинки тоже принялись рассматривать его.  Первым спохватился Правый ботинок, он узнал в существе муху-журчалку.  Огромные, медовые, сверкающие глаза со сложным рисунком в виде коричневых полосок и пятнышек, особо выделялись на ее теле. А само тело покрывали  золотистые пушистые волоски, которые  блестели на солнце. Муха была просто обворожительна. Ботинки залюбовались ею.

- Здравствуйте, мадмуазель! – решил первым заговорить Правый ботинок.

-  Жжждравствуйте, жжждравствуйте, мусью!

- Красавица! Век бы любовался!  – выдохнул Левый ботинок.

- Пожжжвольте спросить, вы, тут отдыхаете? -  зависнув над ними и перебирая крылышками, спросила муха– журчалка.

- Да, мы отдыхаем, так сказать от дорог… Привал у нас, - сказал Правый.

-  Сохнем мы  на солнце, так сказать загораем, микробы убиваем -  поправил его Левый.

- А кто такие микробы? И зачем их убивать, если они живые? 

Левый покосился на Правый ботинок  и тихо ему шепнул: « Тебе не кажется, что она блондинка?!»

Правый ботинок, не отрывая завороженного взгляда от мухи, так же тихо произнес: «Да, но зато какая она золотая!»

- С лица воду не пить! – продолжил Левый.

-Молодая она еще, успеет узнать про эти микробы! Смотри, какие глазищи! Век бы смотрел, не отрываясь! – так же тихо продолжил Правый.

-О-о-о! Брат, да ты никак влюбился! – хмыкнул Левый.

Правый ничего не успел ответить, так как муха-журчалка  развернулась и пронеслась над ними с огромной скоростью, затем развернувшись, и снова зависнув  над ними, сказала: « Друзья мои, хочу предупредить, я все слышу.  И про золотую, и про молодую, и про блондинку!  У меня идеальный слух! И не блондинка я! Я – рыжжжжая!». Она взмахнула крылышками и решила покувыркаться в воздухе, показать им себя во всей красе. 

Муха – журчалка  умела не только летать стремительно, но и выполнять сложнейшие пируэты,  зависать на любой высоте  и даже летать задом наперед.

- Ага! Рыжая – бесстыжая! -  продолжил Левый.

- Прекрати обижать девушку! Ты ее напугаешь, и она улетит!- произнес с угрозой в голосе Правый.

- Ну и ладно! Нам такие рыжие не нужны!  Она не с нашей фабрики и не нашего пошива!- не унимался Левый. – Что она с нами делать будет…  Да и староваты мы для нее…

- А ты тут совсем не в теме. Понимаешь, брат, я – влюбился.

Как мальчишка! Я даже помолодел года на два.  Лишь бы она сказала мне «Да!» Я ее буду носить на  шнурках, Я буду ей  стихи посвящать и дарить цветы. Я буду ее убаюкивать… оберегать от хищных птиц… -  твердил упрямо Правый ботинок.

- Э-э-э, брат, как тебе солнце заклепки то припекло. Ты понимаешь, что чушь несешь. Она – летает, порхает! Хотя, порхают бабочки, а она муха! Ну ладно, она красива  почти как бабочка. Понимаешь? Значит, она долго не живет.

А мы: ходим, топаем, бегаем, прыгаем. По дорогам, лесам, полям, и в слякоть, и в стужу.  Куда ей с  тобой. Да еще и со мной.  Мы же с тобой как сиамские близнецы, только разделенные. Я ведь тоже в нее могу влюбиться, но чуть позже.  Таки как ее потом делить будем?! Да еще наш хозяин мух не любит, он десантник, хоть и бывший… 

Хотя бывших десантников не бывает. Он же ее убьет, как только она зажужжит у него над ухом.   Пожалей, рыжую. Пусть себе  живет, ромашки опыляет… - почти умоляюще шептал Левый ботинок, при этом  наблюдая за виражами золотисто-рыжей мухи-журчалки. 

Правый ботинок не отвечал, он молчал. Он любовался мухой.

Нарядная муха купалась в восхищенных взглядах  этих старых, пыльных ботинок. В этот момент мимо нее пронеслось что-то коричневое и пушистое, очень похожее на шмеля…  Это ее очень заинтересовало. Она  приземлилась на  ромашку решив отдышаться и подумать.

«Интересно, что это было? Мама мне говорила, что в солнечный день я обязательно встречу своего суженного, узнаю его по биению своего сердечка, а  он меня  возьмет в жены. И будем мы жить долго и счастливо. Может это уже случилось и суженный это Правый ботинок. Он так красиво рассказывал, как он мне будет посвящать стихи, носить на шнурках…

 А другой ботинок его отговаривал… Противный такой, плохо воспитанный, но тоже,  кажется, в меня влюбился.  Только сердечко мое не екнуло и мне ничего не подсказало, значит это не мое…  Может мой суженный придет неожиданно?»  Размышления мухи были прерваны жужжанием, которое  вдруг смолкло, но при этом ромашка подозрительно накренилась.

- Ай,  что это?! – вскрикнула муха-журчалка, пробуя удержать равновесие.

- Девушка, не переживайте, я не злодей! – приятно прожурчало  рядом с ней.

Муха внимательно рассматривала  большое, пушистое, коричневое в желтую полоску тело,  с такими же, как у нее большими, сверкающими глазами. Ей очень понравились эти бездонные,  с желтыми вкраплениями глаза.

- Добрый день, не злодей! Каким ветром вас сюда занесло? Кто вы?  – смеясь, спросила  муха-журчалка.

-  Меня зовут Жжуфрей! Я из рода мух-журчалок! Наш род очень благороден, мы питаемся только пыльцой цветов и соком растений. Теперь про ветер… Целенаправленным ветром занесло, ведь вы тоже муха - журчалка!  У вас невероятные глаза и тельце такое нежное и золотое!  -  с улыбкой произнес он.

- Ой! Вы совершенно правы, я  Жужка - золотая!  И  у вас  тоже такое красивое имя! – сказала, блеснув глазами муха.

- Моя мама очень любила  залетать в кинотеатр и смотреть фильмы про любовь.  Вот и назвала  меня в честь одного  благородного француза по имени Жжуфрей. 

- Мамочка моя  тоже любит  смотреть фильмы про любовь. А я вот никогда кино и не видела, – с легкой грустью сказала  Жужка.

- Это поправимо. Я знаю тут не так далеко, есть клуб, там как раз крутят фильмы про любовь. Полетели?!

- Мама мне не разрешает улетать с незнакомыми журчалками, -  тихо произнесла муха.

- Не волнуйтесь, не обижу! Да и клуб не так далеко, мы успеем вернуться, и ваша мама ничего не узнает, –  бархатно прожужжал  Жжуфрей.

У мухи-журчалки, сердечко и екнуло. Ей так захотелось полететь, посмотреть кино и потом поделиться с мамой  своими ощущениями. Может это и есть суженный?  Может так и бывает, все неожиданно и с первого взгляда?! 

- Не волнуйтесь, доставлю в целости и сохранности. Вдобавок я вас познакомлю с кинематографом.

- С кем познакомите? – удивленно спросила муха.

- Полетели, Жжужка. Не будем терять время! По дороге расскажу про кинематограф.

  Жжуфрей подлетел к ней поближе, закружил ее в танце и увлек за собой в синие дали. Мухи-журчалки исчезли из виду.  А два  ботинка с тоскою посмотрели им в след.

Вдруг Левый  произнес: «Пропала, наша мадмуазель! Увел. Охмурил. Хорошо если  вернет домой в целости и сохранности!» 

- Ты, думаешь о том же, о чем я подумал? – с грустью в голосе спросил его Правый.

- Ну да! Мы оба знаем жизнь.

-Эх, девонька… Конечно, он ведь такой красавец.. И летать умеет! Куда мне до него… - бормотал Правый ботинок.

- Ты, брат, не переживай… Вот выйдем мы с тобой на пенсию… поставят нас дома на полочку, а там может по соседству и женские туфельки появятся. Такие все из себя, изящные, на тонкой шпилечке, из натуральной кожи, лаковые, мягонькие.  Кстати там еще и босоножки могут рядом проживать. И мы с тобой, как в малиннике заживем! А эта летунья, не нашего поля ягода. Да и блондинка она! Точно говорю! Полетела непонятно с кем…  Даже мозги не включила… Вот и познакомится с кино…   

- Левый, ты прав! Не по шнуркам мне эта девочка. Я слишком стар для нее, да и летать не умею.  Хочется надеяться, что этот Жжуфрей, так же благороден, как и француз из кино.  Ладно, «шерше ля фам»… Что, ты, там говорил про лаковые лодочки и босоножки?!  Кстати, а тапочки тоже бывают ничего… -  с улыбкой сказал Правый ботинок.  Левый ботинок тихонько хихикнул.  Затем они не выдержали  и оба расхохотались. Неожиданно, спящий человек в тени дерева, потянулся и сел.  Он открыл глаза, осмотрелся  и протянул руку  к ботинкам. Ботинки поняли, привал закончен. Значит им всем пора в дорогу…